– Совершенно верно!

– Надо полагать в таком случае, что вам известно, кто именно преследует меня?

– К сожалению, я этого не знаю, – ответил агент, – и я подозреваю только одно лицо, но именно только подозреваю, так как абсолютно никаких улик v меня нет.

– Кого? Мне очень интересно знать это, так как я хочу сам заняться охраной своей особы. Не знаю, известно ли вам, что я в некотором ряде ваш коллега по призванию.

– Что за вопрос, мистер Картер, – произнес агент, – кто же не слышал о великом сыщике всего мира?

– Вот какая у меня репутация! А мне уж казалось, что меня считают неспособным человеком, не умеющим даже охранять самого себя. Правда, должен признаться, я бы не догадался обыскать постель, прежде чем лечь спать. Так вот, кого именно вы подозреваете?

– Одного из пассажиров, – уклончиво ответил агент.

– Какой пассажир? Да говорите же яснее, – нетерпеливо сказал Ник Картер, – какую каюту он занимает?

– Это не мужчина, а женщина!

– Женщина? – изумился Ник Картер. – Что это за женщина?

– Знатная японка, у которой много прислуги.

– Но ведь японки обыкновенно не ездят без мужчин?

– Обыкновенно нет, но гейша может делать это не смущаясь.

– Быть может, это гейша из императорского дворца?

– Да, мистер Картер. А зовут ее Ота Окума.

Ник Картер чуть не подскочил. Ему показалось, что он ослышался.

– Каким образом Ота Окума могла очутиться на пароходе? – пробормотал он. – И вот эту самую гейшу вы подозреваете, что она принимает участие в заговоре против меня?

– Именно так.

– В таком случае должен вам сказать, что вы жестоко ошибаетесь. Мне хорошо известно, что Ота Окума готова положить за меня жизнь. Если она, действительно, находится на пароходе, то разве только для того, чтобы тоже следить за моей безопасностью. Но почему же я до сих пор еще ни разу не видел ее?

– Она не выходила еще из своей каюты с тех пор, как пароход вышел в море.